Хансен закричал матросу, находящемуся на вантах главной мачты. Вскоре они оба поднялись на мостик. Матрос оказался крепкого телосложения, с такой же, как у Арфлейна, рыжей, аккуратно подстриженной бородой.
— Ты Рорченоф, боцман «Ильдико Ульсенна»?
— Так точно, сэр, был им, пока не ушел в китобои.
В голосе Рорченофа чувствовался характер.
— Хорошо, значит, когда я говорю «Поднять все паруса», ты знаешь, что это значит?
— Да, сэр, — кивнул Рорченоф.
Хансен хлопнул моряка по плечу, и тот побежал занимать свой пост. Офицер недоверчиво посмотрел на Арфлейна.
Видя, что матросы уже поднялись на ванты, Арфлейн поднес к губам мегафон.
— Поднять все паруса! — закричал он.
Вскоре корабль окутало белое облако трепещущих парусов, и он за считанные минуты почти вдвое увеличил скорость, летя над сверкающим льдом.
Проходя по палубе, Хансен принялся подтягивать ослабевший трос. Теперь, когда туман рассеялся, хорошо было видно, что; многие узлы развязались. До наступления ночи это нужно было исправить.
Чуть позже, когда он приступил ко второму узлу, к нему подошел Уркварт.
— Ну, мистер Уркварт, с капитаном вновь полный порядок?
Хансен внимательно наблюдал за реакцией Уркварта. Легкая улыбка тронула лицо гарпунщика. Красными когтистыми пальцами он погладил зубцы на гарпуне и показал головой в сторону] мостика. Хансен увидел, что с капитаном на мостике появился Манфред Рорсейн. Не понимая, что Уркварт хочет этим сказать Хансен нахмурился.
— Если вы спрашиваете меня, что там делает Рорсейн, я скажу, что мы должны быть благодарны ему за исцеление капитана
Уркварт сплюнул в тающую на палубе кучу снега.
— Теперь они оба управляют кораблем, — произнес он. — Капитан подобен игрушке, которую делают детям. Вы пропускаете через ее пасть струну и, дергая за нее, заставляете игрушку насупливаться или улыбаться. Каждый из них тянет за свой конец. Один заставляет его улыбаться, другой — хмуриться. Иногда, впрочем, они меняются местами.
— Вы имеете в виду Ульрику Ульсенн и Манфреда? Уркварт задумчиво провел рукой по тяжелому древку гарпуна — С помощью Ледовой Матери он еще избавится от них, — произнес он. — Наш долг сделать все, что в наших силах.
Хансен почесал голову:
— Что-то я плохо понимаю вас, мистер Уркварт. Вы полагаете, что настроение капитана вновь испортится?
Пожав плечами, Уркварт прыгающим шагом отошел в сторону.
Глава 20
ЗЕЛЕНЫЕ ПТИЦЫ
Несмотря на необычный ландшафт, корабль развил приличную скорость и стремительно приближался к гряде глетчеров. За глетчерами находился Нью-Йорк. Судно поменяло курс с иста на норд, а это значило, что конец путешествия близок. Погода по-прежнему держалась хорошая, хотя Арфлейн и понимал, что вряд ли она простоит до Нью-Йорка.
Счастливо избегнув нескольких разломов во льду, «Ледовый Дух» шел все дальше и дальше по ледовой равнине. Несколько раз в поле зрения попадали отдельные группы завернутых в серебристые меха варваров, но, не причинив вреда, они оставались за кормой.
Уркварт вновь занял место на мостике возле капитана, хотя отношения двух мужчин были уже не те, что раньше.
Стаю первым заметил Уркварт. Она была едва видна справа от них, но ошибиться было невозможно. Уркварт показал копьем в направлении китов, и Арфлейн, прищурив глаза, различил на светло-голубом льду темные очертания животных.
— Точно, — проворчал Уркварт, теребя серьгу. — Приказать рулевому изменить курс, капитан?
Арфлейн подумал, что неплохо бы разжиться мясом. Кивнув Уркварту, он вошел в рубку.
Ульрика смотрела на него с палубы. Улыбнувшись ей, Арфлейн жестом пригласил ее на мостик. Чувствуя антипатию Уркварта, она неохотно поднялась и подошла к Арфлейну.
— Конрад, похоже, что Янек заболел. Сегодня я разговаривала с часовыми: они утверждают, что он ничего не ест.
Арфлейн рассмеялся:
— Наверное, голодает от злости. — Заметив выражение беспокойства на ее лице, он добавил: — Хорошо, как только я смогу, я увижусь с ним.
Корабль повернул к китовому стаду. Животные были намного меньше тех, которых Арфлейн видел до этого, с более короткими головами, желто-коричневого окраса. Они прыгали по льду, отталкиваясь от него необычно большими задними плавниками. И все же они не казались опасными для людей.
Захватив по дороге веревку. Уркварт направился к носу корабля. Он привязывал конец линя к кольцу гарпуна, остальную часть веревки обмотал вокруг пояса. Матросы тотчас же отправились в кубрик за оружием. Уркварт перелез через бортовое ограждение и встал на маленькой площадке, выдававшейся из корпуса судна.
Странного вида киты рассыпались перед украшенной черепом громадной шхуной.
Одной рукой Уркварт вцепился в ограждение, другой поднял гарпун. На лице его была улыбка. Корабль следовал за большим быком, бешено скакавшим в сторону от приближающегося «Ледового духа». Уркварт бросил гарпун, который вонзился животному в основание шеи. Линь, привязанный к копью, натянулся, животное прыгнуло на плавниках и завертелось на месте, широко раскрыв пасть. Зубы зверя оказались намного крупнее, чем ожидал Арфлейн. Натянувшаяся веревка грозила сбросить Уркварта с занятой им маленькой площадки.
Еще несколько китобоев метнули свои копья, как только корабль вновь приблизился к стае. Охота проходила в полной тишине, не считая шума движения корабля и хлопанья плавников.
Уркварт снял с себя остатки веревки и привязал ее к ближайшей стойке. Оглянувшись, Арфлейн увидел, как гарпун Уркварта тащит за кораблем умирающего, но все еще сопротивляющегося кита.
Вскоре больше десятка китов волочились по льду следом за кораблем. Их тела сталкивались, обильно обмывая лед кровью.
Корабль вновь повернул, на лед упали якоря. Шхуна остановилась, на лед спустились оснащенные разделочными ножами матросы.
С ними сошел и Уркварт. Стоя у ограждения, Арфлейн и Ульрика наблюдали за людьми, взбирающимися на трупы животных. Их ножи методично взлетали, разделывая добычу. Уходящее за горизонт красное солнце отбрасывало длинные прыгающие тени. В вечернем воздухе резко пахло кровью, растекавшейся по льду.
Китобои все как один были измазаны густой кровью, многие из них вымокли до нитки и с удовольствием слизывали кровь с губ.
Рорсейн показал на Уркварта, который, вытащив из своей жертвы гарпун, чертил им в воздухе таинственные знаки.
— Похоже, Уркварт в своей стихии, капитан, — сказал он. — лед. Да и остальные в приподнятом настроении. Нам повезло, что мы нашли стаю.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
